Я вам рассказал, про Эдика, и про то, как мы выезжали из Польши, потому, что к слову пришлось. Но это конец этого приключения, а начало и середину я оставил на потом. Я книжки читал, и знаю, что так можно. Так делают – сначала конец, потом начало, потом вообще позапрошлый век, а потом еще что-то. Если не верите – почитайте. Александр Дюма, например, тоже был писатель. Или , не помню фамилию, писал про отечественную войну, и сразу про наше время, и наоборот – там золотишко прикопали, а потом его искали. Ну и про любовь там.
Короче, моя кормилица стояла на яме – там карбюратор барахлил и вообще топливную проверяли, ну и ждали , пока пришлют запчасти. А я, по большому счету, был не при делах, шатался. И ко мне подкатил, опять таки, Пашка, мой сосед. Подкатил, и давай убалтывать меня поехать с ним в Польшу. У него там, типа, контракт на поставку какой- то посуды какой-то фирме. И посуда есть, и машина есть подходящая, а шофера нет. То есть он и его напарник оба водилы, но если что-то поломается – жопа. Ремонтировать некому, они оба в этом деле чайники. А я, значит, не чайник, я профи. Это они так считают, хотя я, по сути, тоже водила, у мен и в трудовой книжке так записано. Но по сравнению с ними я, конечно, профессионал, не зря я дяде Косте, слесарю нашему, всегда помогал и , конечно в этом деле поднатаскался. Да и Пашка, главное, божился , что перед поездкой обслужили машину по высшему разряду, неделю техобслуживание проходили. Ну, думаю, моя ласточка все равно на приколе, денег Пашка пообещал хорошо, почему бы и нет. Поеду. Загранпаспорт у меня есть, все остальное берет на себя фирма, прокачусь.
Перед поездкой, когда я шел к гаражу, прямо передо мной черная кошка с черной вороной подрались. Что –то они между собой делили. Ворона делала какие-то маневры, обходила кошару с разных сторон, дергала ее за хвост, та на нее нападала, но с вороны – как с гуся вода, она отлетала мгновенно, и тут же возвращалась с другой стороны. Вороне таки удалось отхватить часть добычи – вы будете смеяться, но по-моему это был сыр – и она улетела. Кот тоже ушел. Я почему-то заметил, что и ворона, и кошка, разбегаясь, пересекли мне дорогу. Раньше на такое и внимание не обращал, а сейчас обратил. Что-то нехорошее в душе у меня шевельнулось, но я это нехорошее тут же отогнал от себя – еще в начальной школе наша учительница, Галина Ивановна, нам четко объяснила все насчет предрассудков всяких. Да я и сам знаю – все это – предрассудки. А как иначе?
Короче, машина была упакована, и мы с утра пораньше выехали. Погода была нехорошая – пасмурно, иногда начинал моросить дождик – конец февраля. Проехали километров тридцать- сорок, и я почувствовал , что троит двигатель. Остановились, сверху капает – я разбираюсь со свечами зажигания. Нашел, наконец, шелудивую. Поменял, слава богу я догадался захватить с собой запасные, поехали дальше довольные. Ветер странствий… Но, как говорится, пришла беда – отворяй ворота. Начался кошмар, который сопровождал нас до самой Одессы – машину стало дергать – сначала чуть –чуть, потом сильнее, потом она заглохла. Опять открываю капот и нюхаю двигатель. Конечно, это карбюратор, что же еще? Вопрос , конечно, неправильный – в этом доисторическом драндулете могло поломаться все, что угодно. Но это нам гадил карбюратор, точно. Мастером по карбюраторам я, конечно, не был, но колупаться в них приходилось. Это, конечно, либо подсос воздуха, либо засорка какая-то, либо игольчатый клапан. В общем, зашибись!
Пашке, конечно, я по приезде домой вспомню, как он мне рекламировал эту лайбу – типа, все на мази. Но сейчас не время, надо выползать из ситуации. Сколько раз машина отказывалась ехать, как ее дергало, сколько времени я стоял раком над карбюратором, какие ухищрения я придумывал, что бы заставить этот чертов карбюратор работать – без матюков и не расскажешь. Достаточно сказать, что от нашего города до Одессы 80 км, обычно это полтора-два часа езды. А мы добирались шесть часов с лишним. Я походил по внешнему виду на черта – руки и лицо в мазуте, и такой же злой. Мои работодатели были виновато-притихшими. Хотя Пашка и попытался один раз изобразить из себя начальника, но я пристально посмотрел на него, и он заткнулся надолго.
В Одессе загнали нашего Форда к карбюраторщику, которого сначала долго искали, а потом долго убалтывали взяться за ремонт. Он оказался мастером основательным, и ремонт растянул на четыре дня. Конечно, он бы все сделал и за пару часов, будь у него все запчасти. Но эти запчасти пришлось доставать, как тогда говорили, поэтому все и затянулось.
Если бы я знал, что это надолго, я бы эти три ночи спал бы со своей женой дома – прокатился бы туда-сюда автобусом, делать ведь было нечего. Но мы не знали, что это так затянется, поэтому ночевали в Одессе. Пашка потянул нас ночевать к своему двоюродному брату, как оказалось потом – алкашу – у него, мол, классно перекантуемся.
Брат Николай, который, как оказалось, был намного старше Пашки, был дома, и нам даже обрадовался, потому, что скучал трезвый. А тут водку принесли – каждый обрадуется. Закуска тоже была с нами, и Коля, быстро расчистив захламленный холостяцкий стол, нашел каждому сидячее место и стал разливать. Закуска, для него видимо, вещь второстепенная, нарезалась в процессе застолья и раскладывалась прямо на бумаге, кроме кабачковой икры, для которой Коля сделал исключение – нашел чистую тарелку. Колина семья – жена и две дочки, жила с его матерью в частном доме на окраине города, а он сам, видимо утомленный одиночеством, быстро захмелев, проявил себя как интересный рассказчик, и рассказал нам историю про чертовщину, которая с ним случилась. Я, конечно, ни в каких чертей не верю, какие черти – двадцатый век заканчивается – но если честно – мурашки за шиворотом пробежали. Чертей, конечно, никаких не существует, но я Колину историю вам попозже расскажу. Сейчас не время, но потом расскажу.
Переночевали по спартански – я на раскладушке, как самый утомленный, а мои работодатели на полу, на каких- то матрасиках и куртках.
Следующую ночь я откололся от компании и ночевал у знакомого художника Вити, в мастерской, на антресоли. С ним я познакомился у нас в городе позапрошлым летом, у них там был такой сходнячок художников, пленер называется. Их там было человек пятнадцать, из разных мест посъезжались рисовать. Они, конечно, могут рисовать и дома, но вместе веселей. Им там и жилье дали, и кормежку, ну и наливали – чего бы не порисовать. Ну, они и рисовали, правда первые дни только пили, было не до рисования, ну а потом раскочегарились и все уже рисовали, вернее писали – так правильно говорить по ихнему. И хорошо у них получалось – я в этом понимаю, сам в художке целый год учился почти что. Ну, я присмотрелся к ним, этот Витя мне больше всех понравился, и я заказал ему портрет жены написать с фотографии, ко дню ее рождения подарок будет. Упросил, можно сказать. Он сказал, что лучше с натуры, и я пригласил его к себе домой, где он и нарисовал мне мою Надьку за каких-то три часа. Правда, фон я потом сам дописал, так, что бы там наша природа просматривалась. В общем, получилось супер, все соседи ходили смотреть. Ну, посидели, конечно, попили винишко под кефальку и прочие наши местные деликатесы, об искусстве поговорили. В чем мы с ним сошлись, так это в том, что Пикассо просто засранец, а не художник, ну а в остальных вопросах не очень. Но послушать его было интересно, не то, что с Сашкой бухать. Тот только про бапки и может разговаривать, остальное ему по-боку.
Витек рассказал мне, где художественные музеи находятся, типа, сходи посмотри, приобщайся. Я решил послушаться и посмотреть – когда еще случай представится. Но сначала зашел в одну забегаловку и принял на грудь немножко «Столичной», под пирожок. А потом посмотрел два музея художественных – русский и не русский – зарубежный.
Спасибо Вите художнику, что правильно направил. Если бы не он, я бы целый день по базарам шатался, или еще где-то бухал. А тут отдохнул, как говорится, культурно, и совсем нескучно. Даже наоборот, интересно. Особенно мне понравились вазы фарфоровые с росписью. Я еще тогда подумал, что нас дурят, что тогда, раньше, не было фотографии. А что, дворцовую площадь и полк солдат на ней от руки нарисовали? Пусть расскажут своей бабушке. Ну и картин до фига. Там по размерам встречаются два- три метра в длину. Ну, и конечно, сама живопись впечатлила, в основном. Но, не могу сказать, что вся. Там были и не очень, и очень х…, но это уже в основном нашего времени. Рамы, кстати, тоже интересные. Рассказать, конечно, про музеи есть чего, но это отдельная тема, может быть когда-нибудь и расскажу, но сейчас не об этом.
В общем, отремонтированную машину забрали ,как договаривались, и сразу двинули на запад, мимо Киева, Винницы и Львова до самого пограничного перехода.
На границе нас поджидали новые приключения. Я еще тогда на ворону с котом не грешил, поэтому и не буду их вспоминать. Но они, очередные неприятности, нас определенно поджидали.
Все документы предоставленные нами были в порядке, даже договор на поставку товара, написанный от руки, проходил, за исключением какого-то вызова, я точно не знаю какого, но без него не пропускали пограничники. Удрученные неожиданным поворотом, стали чесать репу, как выкручиваться из ситуации. Не буду озвучивать все предложенные варианты, потому, что там было много просто глупых, да и противно. Окончательный был такой – Игорь едет в Варшаву на попутке, берет у своего знакомого нужную бумажку, и возвращается.
Так и сделали. Он поехал и вернулся, привез то, что надо, и мы заехали в Польскую республику.
Только, справедливости ради хочу добавить, что этой бумажки мы ждали трое суток в холодной машине на таможенном отстойнике, без горячей пищи, замерзая, как цуцики, кутаясь в солдатские одеяла, которые, по счастью, мы с собой захватили, проклиная злую судьбу.